Идеи раннего феминизма в работах Мэри Эстелл

Данте Габриэль Россетти «Пия де Толомеи» / Wikimedia Commons

Английский философ и писатель Мэри Эстелл стала женщиной, которая во многом опередила свое время. Она предвосхитила некоторые открытия в социальной сфере, которые, как многие верят, были сделаны только в XXI веке.

Англичанка также обнаружила существование эпистемической формы знания — той самой, что так тесно связана с понятием несправедливости. Хотя Мэри Эстелл жила в средние века, в своих работах она смело смотрела в будущее, словно сумела каким-то загадочным способом приоткрыть дверь, которая ведет прямиком в XXI век.

Взгляды английской писательницы относятся к раннему феминистскому протесту, но обо всем расскажем по порядку.


Жизнь Эстелл и ее короткая литературная карьера

Мэри Эстелл стала женщиной-загадкой, о биографии которой можно строить много догадок. О самой писательнице известно довольно мало. В открытых источниках можно отыскать только общую информацию, которая практически не дает представлений о том, каким человеком Мэри была.

Проблема не только в «сроке давности». Скорее дело в том, что она была женщиной. Как говорит ее биограф Рут Перри, она не имела никакого отношения к бизнесу, праву или политике. Эстелл владела небольшим домиком, оказывала поддержку одной из школ для девочек в Челси, имела собственный счет в банке.

Подобную информацию можно легко отыскать в сохранившихся архивах, но о ее личной жизни практически ничего неизвестно. Поначалу историки нашли только четыре письма, которые Мэри отправляла довольно влиятельным английским джентльменам. Когда у писательницы появился личный биограф, были найдены фрагменты других ее посланий, но это только малая толика данных, большая часть которых была утеряна на пожелтевших страницах истории. Если бы не столь высокий статус каждого из получателей писем, то вряд ли эти переписки вообще сохранились бы. Мэри Эстелл суждено было кануть в лету, но она оставила яркий след в истории, ценность которого смогли осознать только в наше время.

Мэри Эстелл появилась на свет в Ньюкасле 12 ноября 1666 года в семье, которая принадлежала к высшему среднему классу. Отец Мэри был англиканином и консервативным роялистом. Он управлял небольшой угольной шахтой. Семья Эстелл не нуждалась, но формальное образование девочка не получила из-за своего пола. Ее домашним обучением занимался дядя. Ральф Эстелл в прошлом был священником. Он состоял в кембриджской философской школе, которая поддерживала учения Аристотеля, Пифагора, Платона.

Когда Мэри исполнилось всего 12 лет, семья потеряла отца. Деньги, которые остались после него, были полностью потрачены на образование единственного сына. Девочка вместе с матерью была вынуждена перебраться к своей тете, но там она прожила недолго. Вскоре умерла ее мать. Через пару лет она теряет еще и тетю. Мэри снова меняет место жительства и этот переезд во многом предопределил ее судьбу.

В Челси девушка познакомилась со многими женщинами, которые имели прямое отношение к литературе. Она сумела войти в круг Мэри Чадлай, Элизабет Элстоб, Джудит Дрейк, Элизабет Томас. Именно новые подруги помогли девушке с публикацией ее первых литературных работ. Дополнительную поддержку ей оказывал Кентерберийский архиепископ.

Уильям Сэнкрофт стал покровителем Мэри. Уже в своих первых работах начинающая писательница утверждала, что любой женщине перед замужеством необходимо получить образование. У нее были веские аргументы. Эстелл полагала, что многие мужчины того времени вступали в брак из-за корыстных мотивов или собственного тщеславия. Женщину они воспринимали, как красивое приложение, которое может принести выгоду или вызвать зависть других мужчин.

В XVII веке женщинам не хватало знаний и навыков для того, чтобы они смогли мыслить иначе, поэтому дамы полностью фокусировались на собственной внешности. Тогда это казалось лучшим способом быть высоко оцененными другими.

По мнению Эстелл, такие браки нельзя назвать здоровыми. Женщины вступают в них, потому что у них нет необходимых навыков, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу. Корень проблемы — отсутствие образования.

Ее работы подвергались жесткой критике. Молодая писательница объединила ответы на все вопросы читателей в дополненном переиздании своего эссе. Эстелл объяснила, что не призывает отказаться от брака вовсе. Она пыталась раскрыть женщинам глаза на текущее положение дел. В брак необходимо вступать не из-за гордости или острой нужды. Любовь и крепкая семья зарождаются в дружбе между мужчиной и женщиной.

Тогда ее убеждения еще не вызвали широкого общественного резонанса, поэтому Эстелл решила посвятить себя обучению девочек. В 1709 году она перестала писать книги и удалилась от светской жизни. Эстелл сконцентрировалась на работе в школе в Челси. Она организовывала учебный процесс при поддержке своих покровителей, в роли которых выступали две влиятельные дамы того времени. Позже писательница стала компаньонкой одной из своих незамужних подруг, которая пригласила ее жить вместе. В конце своей жизни Эстелл перенесла серьезную операцию по удалению раковой опухоли груди, но уже на тот момент ее дни были сочтены. В последние месяцы жизни она отказывалась принимать посетителей.

О ней осталось мало упоминаний, но из тех редких переписок, которые все же удалось сохранить, можно сделать вывод о том, что Эстелл была смелой и решительной. Она не боялась вступать в дискуссии не только с женщинами, но и с мужчинами. Эстелл считала, что представительницы слабого пола не хуже, поэтому не заслужили такого отношения к себе. Во время одного из споров, она обронила фразу «Если все мужчины рождены свободными, то почему все женщины рождены рабами?»

Данте Габриэль Россетти «Жанна д’Арк» / Wikimedia Commons

Скверная традиция эпистемической несправедливости

В своих немногочисленных работах Эстелл впервые затронула тему эпистемической несправедливости, которую человеку сложно заметить. Она действует скрытно. Эта форма несправедливости играет на стереотипах и предрассудках, о существовании которых мы, возможно, даже не подозреваем.

Встречается множество видов эпистемической несправедливости. Например, в 2007 году философ Миранда Фрикер ввела термин «свидетельской несправедливости», когда чьи-то утверждения не принимаются всерьез, потому что слушатель думает, что люди с такой идентичностью ненадежны.
Она же использовала термин «герменевтической несправедливости», когда чьи-то утверждения не поняты, потому что интеллектуальные ресурсы, необходимые для их осмысления, не существуют, поскольку они были оставлены вне процесса создания концепций.

Плохая традиция развращает людей. Она создает предрассудки, которые намеренно искажают их восприятие.

Яркий пример свидетельской несправедливости — отсутствие доверия к черным людям, просто потому что они черные. Некоторые формы эпистемической несправедливости основаны на отсутствии доверия или интерпретационных ресурсов, но эпистемическая несправедливость, которую обнаружила Эстелл, была совсем иной природы.

Она фокусировалась не на том, что мужчины не воспринимают женщин всерьез потому что они женщины. Эстелл интересовал совсем другой момент, который она называла «плохой традицией». Ее возмущение вызывал тот факт, что предвзятое отношение со стороны шовинистического общества заставляло женщин недооценивать свой собственный авторитет. И проблема заключалась не в том, что ресурсов для понимания этой «плохой традиции» у женщин не существовало, а в том, что подобное отношение делало эти ресурсы для них недоступными. Любая из них могла понять, насколько сильно мужчины притесняют слабый пол, но дамы об этом не задумывались, потому что в шовинистическом обществе образование получали только мужчины.

Данте Габриэль Россетти «Женщина в окне». Незаконченная версия / Google Arts and Culture

Как общество устанавливает рамки для индивида

Представьте себе ситуацию, когда вы пришли на новое рабочее место или впервые куда-то поехали. Люди, которых вы там встретили вели себя по-другому. Скорее всего члены этой группы разделяли набор ценностей, убеждений, норм и практик, которые были для вас новыми. Поскольку этот набор общий для всех, он становится фоном для любого взаимодействия внутри этой группы.

Социальные структуры формируют мировоззрение членов этого маленького общества, устанавливают нормы их поведения, правила и определенные рамки дозволенного.

Как отмечает профессор философии Массачусетского технологического института Салли Хаслангер, объяснение ситуации, в котором не учитываются социальные структуры, действующие за кулисами конкретных событий, нельзя назвать точными. Хаслангер привела несколько убедительных примеров. В одном из них она обратила внимание на то, что в мире, где женщины зарабатывают меньше мужчин, а уход за детьми стоит непомерно дорого, социальная структура, которая делает эти факты таковыми, дает исчерпывающие объяснения, почему именно мать (а не отец) остается дома со своим ребенком.

Как и Хаслангер, Эстелл понимала, каким образом фоновые социальные структуры объясняют поведение человека, который живет в конкретной социальной группе. Но, в отличие от Хаслангер, Эстелл полностью сосредоточилась на тех случаях, когда социальная структура или набор ценностей, верований, норм и практик, которые она называла «традицией», негативно влияли на человека.

Смелые работы Эстелл в свое время вызвали бурю негодования среди читателей мужского пола. Сегодня они активно изучаются в философии.

Согласно работам английской писательницы, традиция становится плохой, если она мешает нам развивать наши интеллектуальные способности, как это было задумано Богом. Лучший способ сделать это — получить образование, но во времена Эстелл женщины не могли обучаться в специальных заведениях (эта практика сама по себе была частью плохой традиции). Плохие традиции — это проблема, потому что они наносят ущерб способности женщин мыслить, которой Бог наделил каждого человека.

Плохая традиция еще и развращает людей. Она создает предрассудки, которые намеренно искажают их восприятие. Наибольшее беспокойство вызывает тот факт, что предрассудки входят в привычку. Чем чаще человек мыслит предвзято, тем сложнее ему увидеть мир под другим углом. Этот эффект усиливается в социальных группах, в которых все люди придерживаются одних и тех же предрассудков, потому что поблизости нет никого, кто помог бы посмотреть на ситуацию с другого ракурса.

Один из стереотипов, с которым столкнулась Эстелл, в 2007 году Элис Совал назвала «предрассудком ущербной природы женщин». Он утверждает, что женщины по своей природе интеллектуально и морально более слабые, чем мужчины. Данный стереотип прекрасно согласуется с господствующей парадигмой XVII века, согласно которой ценность женщины определялась исключительно ее привлекательностью.

Если предубеждения об ущербной природе женщин считались объективными, то нет ничего удивительного в том, что и сами женщины начинали так думать. Если представительнице слабого пола говорят, что только внешность имеет значение, так почему бы даме не потратить всю свою энергию на ее совершенствование?
Желание нравиться окружающим людям естественно для любого человека, но мало кто тратит все силы только на то, чтобы вызывать симпатии у прохожих.

В XVII веке женщинам не хватало знаний и навыков для того, чтобы они смогли мыслить иначе, поэтому дамы полностью фокусировались на собственной внешности. Тогда это казалось лучшим способом быть высоко оцененными другими. Это лишало их свободы. По мнению Эстелл, свобода полностью зависит от наших собственных ценностей и выбора. Плохая традиция не только заставляет женщин мыслить узко. Она лишает их возможности стремиться к тому, чего они хотят на самом деле.

Данте Габриэль Россетти «Прозерпина» / Birmingham Museums Trust

Осознание — половина победы над стереотипом

Эстелл в своих работах отвергала плохие традиции. Если они существуют, это еще не значит, что именно так и должно быть. С плохими традициями можно и нужно бороться. Некоторые критики пытались оправдать существование подобных предрассудков, апеллируя к Библии. Эстелл в своих работах опровергала такие аргументы. Она обвиняла своих оппонентов в избирательности. По мнению английской писательницы, Библия тратит больше времени на запрет ношения длинных волос для мужчин, чем на подтверждение абсолютного подчинения женщин. Если некоторые библейские утверждения можно не брать в расчет, то почему бы не отказаться и от других?

Смелые работы Эстелл в свое время вызвали бурю негодования среди читателей мужского пола. Сегодня они активно изучаются в философии. Английская писательница столкнулась со стеной непонимания. Только немногочисленные друзья помогали ей в роботе и оказывали поддержку.

Эстелл впервые затронула тему эпистемической несправедливости. Эта форма несправедливости играет на стереотипах и предрассудках.

Ее идеи были странными и непонятными для того времени, но современники понимают, что Эстелл стала предсказательницей. Она сумела разглядеть то, что для многих оставалось невидимым. В ее работах были ярко продемонстрированы плохие традиции и их негативное влияние на определенные слои общества.

По мнению профессора Хаслангер, английская писательница была первой, кто разглядел коварство природы социальных структур. Как доказал труд всей жизни Эстелл, если мы сможем понять механизм действия подобных явлений, то, возможно, сумеем и победить их.


Рекомендуем: