Культура и мозг человека — как они связаны?

EyeEm

Что такое культура? Каждый из нас неоднократно использовал это слово в разговоре, но такой простой вопрос может даже самого эрудированного человека поставить в тупик. Общее представление есть, а правильно сформулировать ответ довольно сложно.

Проблема в том, что у этого понятия есть очень много значений. Они варьируются в зависимости от контекста, так как культура стала предметом изучения во многих областях — философии, психологии, этики, культурологии, политики, экономики, истории, социологии. В широком смысле слова культура — это совокупность всех форм человеческой деятельности, которая также включает способы нашего самовыражения и самопознания, накопление навыков и умений. Ее можно назвать основной отличительной чертой, которая характерна только для общества человека. У социальных групп животных, жизнью которых руководят инстинкты, культуры нет.

Культура вступает в своеобразный симбиоз с личностью человека. Между ними устанавливается прочная взаимосвязь. Духовный облик индивида формируется и развивается в процессе жизни под влиянием культуры. Главным вектором личностных устремлений становятся культурные ценности — определенные шаблоны, которые присутствуют в каждой социальной группе.

Так как культура отвечает за обогащение внутреннего мира человека, ее отсутствие говорит о деградации личности. Весь наш образ жизни, желания, цели, стремления, поступки, действия определяются культурным выбором. С другой стороны, культура без личности просто не может существовать, так как именно человек воссоздает, изменяет и формирует ее. Это всего лишь один из продуктов нашей деятельности. Если человек исчезнет, то культурные ценности полностью потеряют свою актуальность.

«Культура может изменить мозг человека» — звучит, как настоящая сенсация, но для ученых в этом утверждении нет ничего нового, ведь они уже давно знакомы с культурной нейронаукой — дисциплиной, которая находится на стыке нейробиологии и культурной антропологии. Именно в ней подробно изучаются особенности таких взаимосвязей. Мы предлагаем совершить небольшое путешествие в самые загадочные уголки нашего мозга, чтобы понять, что в нем может изменить культура?


Культурная эволюция: по следам теории Дарвина

Биологическая и культурная эволюция неотделимы друг от друга. Возможности нашего мозга позволяют создавать новые культурные ценности. Культура в свою очередь определяет дальнейшую эволюцию человека. По аналогии, изобретение телефонной связи стало началом масштабного процесса глобализации, который не закончился даже сегодня.

Телефон — это всего лишь продукт человеческой деятельности, но он во многом определил вектор дальнейшего развития своего создателя. Если бы не получилось тогда у Белла, Рейса, Долбеара и Меуччи, сегодня наша жизнь была бы совершенно другой.

Мир, в котором мы живем сегодня, уже не имеет никакого отношения к тому миру, к которому нас так тщательно готовила биологическая эволюция.

Биологическая и культурная эволюция рекурсивно порождают друг друга. И центральным объектом этих процессов является мозг человека — главное связующее звено между культурой и биологией. Археолог Ламброс Малафурис крайне точно назвал его «биоартефактом». Специалисты в области культурной нейронауки полагают, что изменения генотипа человека напрямую связаны с культурными изменениями.

Скоро мы доберемся до очень интересного примера этой корреляционной связи, который ошибочно считается расистским предрассудком, но для начала обратимся к методологическим подходам, используемым в антропологии. Специалисты этой области уже довольно давно установили, если на основе данных об укладе жизни, орудиях труда, типах построек можно восстановить культурный облик человека из далекой эпохи, это позволяет понять, как работал его мозг. На такую идею антропологов натолкнула дарвиновская теория эволюции.

Носители определенных генов создают собственную культуру, в которой приоритетное место отводится носителям определенных генов, продолжающих создавать культуру. В качестве примитивного примера возьмем Спарту. По легендам, в этом античном греческом государстве слабых и хилых детей выбрасывали в пропасть возле Тайгета. Многие ученые полагают, что это всего лишь легенды, а Плутарх в своих трудах детально описывал этот обычай.

Спартанцы были воинами. В их социальной группе прежде всего ценились сила и выносливость, поэтому приоритетное место в обществе отводилось физически крепким людям. Мальчиков, как будущих воинов, обязывали проходить через ряд испытаний с младенческих лет. Их приучали к дисциплине, развивали силу и выносливость — все это делалось исключительно для подготовки мужчины к участию в будущих военных конфликтах.

Самые сильные воины становились самыми важными членами общества, и они же оказывали огромное влияние на формирование спартанской культуры, в которой приоритет отводился опять же физически сильным людям и военному делу.

Культура и человек эволюционируют вместе. Отделить их друг от друга в этом процессе развития просто невозможно. И вот здесь напрашивается вывод — человек наследует культурные практики точно также, как и биологические особенности организма. Когда определенные социальные группы обособляются, их культурное наследие становится поистине уникальным, что становится еще более заметно, если за плечами этой общности долгий эволюционный путь.

EyeEm

Запад и Восток: почему мы не понимаем друг друга

«Эх, нам их никогда не понять» — мысль, которая частенько возникает в голове европейца, когда тот пытается отследить причинно-следственную связь, используемую японцем или китайцем. Нам их действительно не понять, потому что наше мышление работает несколько иначе. Даже после ассимиляции в какую-нибудь восточную общность европеец может привыкнуть к «чудачествам» местных, но понять их скорее всего так и не сумеет.

Кто установил этот непробиваемый барьер? Культура, которая выбрала разные пути эволюционного развития. Культура, определяющая наше мышление, самовосприятие и поведение. Интересный феномен, который наблюдается в японском обществе, стал основой для целой линии исследований в области социальной психологии.

Американский предприниматель и земледелец Гораций Капрон в 1871 году посетил остров Хоккайдо. «Смертельная тишина царила в этом великолепном пейзаже. Ни один лист не шелохнется, ни птица не защебечет, ни иного живого существа» — написал он о своих впечатлениях позже. Это место для исследователя показалось кусочком земли, который находится вне времени.

Капрон не переставал удивляться, почему этот богатый край, который принадлежит одной из самых густонаселенных стран мира, до сих пор остается таким пустынным и безлюдным. Хоккайдо — самый северный остров Японии. От Хонсю его отделяет Японское море. Долгое время природа здесь оставалась дикой.

По японским меркам на Хоккайдо очень суровые условия. Зима здесь холодная, и переселенцы обрекали себя на тяжелую жизнь среди вулканических ландшафтов. На острове есть целых три вулкана — Эсан, Дайсецу и Акан. Последний проявлял активность в 2008 году. Хоккайдо — это окраина Японии, куда еще два века назад мало кто стремился, поэтому местное правительство не тревожило айнов — коренное население острова.

Освоение этих земель началось только в середине XIX века. Японцы опасались России. Русские могли в любой момент вторгнуться на Хоккайдо и противопоставить им было нечего. Правительство отправило группы бывших самураев на освоение острова, а за ними потянулись и длинные вереницы переселенцев.

Первый шаг был сделан. Чтобы наладить здесь быт, японское правительство приглашало опытных земледельцев, в том числе и зарубежных. Гораций Капрон был одним из них. Он обучал местное население западным особенностям ведения сельского хозяйства. За полтора века население Хоккайдо с нескольких тысяч возросло до шести миллионов. От Хонсю их отделяет всего лишь расстояние в 54 км, но культура жителей Хоккайдо значительно отличается от культуры японцев из Токио или Киото, словно между ними образовалась пропасть.

В Японии огромную роль играет коллектив, общество. В японском национальном характере на первые позиции списка приоритетов вырываются чувство долга, дисциплинированность, преданность авторитету, работа на командный результат. Жители Хоккайдо думают, чувствуют и поступают совершенно иначе. Они амбициозны, эгоцентричны, индивидуалистичны. Личные успехи для них имеют больший вес, чем успех коллектива. Их связи с остальным обществом не так крепки, как у других японцев.

Специалисты полагают, что отпечаток на психологический портрет жителей Хоккайдо наложила культура. В них все еще живет дух переселенцев — первых людей, которые вынуждены были отвоевывать клочки земли у дикой природы, приспосабливаться к суровым климатическим условиям и выживать в них по принципу «каждый за себя». Психологический портрет жителей Хоккайдо больше похож на «когнитивный профиль» американцев, хотя здесь нет военных баз США, как на Окинаве, поэтому вероятность попадания под чужое влияние исключается.

Социальная психология сравнивает и особенности познания людей западной и восточной культур. Первая учит человека расставлять акценты. Мы ухватываемся только за самое важное, а мелкие детали упускаем из виду, как незначительные, что мешает нам получить полную картину. Восточная культура учит человека познавать мир целостно. Он запоминает не только важные детали, но и контекст.

Разницу в процессах познания легко обнаружить с помощью простого эксперимента, когда человеку дают на выбор три объекта и предлагают два из них объединить в одну категорию. Сено, корова, утка. Что из этих понятий вы бы отнесли к одной группе? Если утку и корову, то у вас определенно тип мышления западного человека. Он объединяет эти объекты по общему признаку — домашние животные. Если корову и сено, то вы больше тяготеете к восточному типу мышления.

Для азиатов объединяющим фактором становится контекст, вовлеченность объекта в ситуацию. Корова ест сено, поэтому они относятся к одной категории. Восточная культура стала коллективистской. Любой поступок человека отражается на социальной группе, как и падение камня в воду вызывает на рябь на ее поверхности. Азиат должен в первую очередь думать об остальных и уже после принимать решение — делать или не делать.

Западную культуру можно назвать более эгоцентричной, индивидуалистической. Человек ставит перед собой определенную цель и идет вперед по головам к ней без оглядки на то, какие разрушения он оставляет за собой. Для него приоритетом становится он сам и его личный успех, а не социальная группа.

Почему подавляющее большинство японцев всю свою жизнь работает в одной компании? Потому что они трудятся в коллективе, командные успехи ставят выше личных и буквально врастают в сложную социальную иерархию «родной» организации, а личностный рост — это не самое главное в жизни.

EyeEm

Культурная пропасть и отличия в способностях

Теперь обещанный пример, в котором влияние культуры часто путают с расистскими предубеждениями. Азиаты добиваются невероятных успехов в математике. Многие считают это утверждение всего лишь расистским стереотипом, но результаты тестирования Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (PISA) говорят об обратном. Уже долгое время первые строчки рейтинга занимают Япония и Сингапур.

Все люди равны, у всех есть одинаковый потенциал и их способности не зависят от цвета кожи или разреза глаз. С этим никто не спорит. У каждого человека есть базовый набор определенных режимов работы мозга. Они у всех одинаковы, за исключением людей с нарушениями в работе этого органа, которые возникли вследствие травм или врожденных особенностей.

Каждому режиму соответствует определенный шаблон протекания познавательных процессов. С возрастом одним шаблоны начинают преобладать над другими, потому что человек развивает их более активно. Почему так происходит? Из-за культурных особенностей. Мы отбрасываем одни шаблоны и отдаем преимущество другим, так как культурная среда создает для этого определенные условия. Поместите человека в другую социальную группу и система его приоритетов изменится.

Даже после ассимиляции в какую-нибудь восточную общность европеец может привыкнуть к «чудачествам» местных, но понять их скорее всего так и не сумеет.

Вернемся к феноменальным способностям азиатов в области математики. Где локализован центр, который отвечает за подсчет в уме? Вопрос, который взялась решить группа японских нейропсихологов. Они провели очень интересный эксперимент. Испытуемым давали задачки для решения в уме, а параллельно их просили стучать по столу пальцами то левой, то правой руки.

Японские специалисты рассудили так. Когда полушарие одновременно решает две параллельные задачи, это скажется на его производительности, то есть процессы будут слегка замедляться, ведь нагрузка двойная. Так и вышло.

Полушарие, которое задействовано во время подсчета в уме, дало сбой — замедление темпа постукивания пальцами. И вот здесь было совершено очень интересное открытие. Европеец во время эксперимента начинал медленнее стучать правой рукой, так как у него активнее работает левое полушарие — аналитический центр, отвечающий за анализ и логику. Японец медленнее стучал левой рукой. У него за счет в уме отвечает правое полушарие, специализирующееся на обработке информации, которая выражается не в словах, а в символах и образах.

В японской системе обучения используют методику ментальной арифметики. Детей учат считать на соробан — японских счетах со спицами и костяшками. Это одна из разновидностей абака, берущая начало от китайского суаньпаня, завезенного на острова. Устройство обучает японских детей считать образами, а европейские школьники считают на бумаге, хотя с появлением калькулятора необходимость в этом отпала.

Не только разный подход к обучению способствует успехам азиатов в математике. Здесь в дело вступает еще один важный фактор, который называют культурно-историческим фундаментом любой народности, — язык. В своей книге «Гении и аутсайдеры: почему одним всё, а другим ничего?» Малкольм Гладуэлл сравнил названия чисел в английском и китайском/японском/корейском языках и нашел ключевое отличие. У азиатов очень короткие названия цифр. Например, сравните русские и японские названия цифр: девять — «ку», четыре — «си», пять — «го», один миллион — «те». Если попросить американца и японца запомнить одну и ту же последовательность цифр «8 6 5 3 9 6 2», то первый сможет воспроизвести только половину, а у второго выполнение этого задания не вызовет никаких затруднений.

Причина в нашей кратковременной памяти. В ней сохраняются названия цифр, которые мы успеваем произнести в среднем за 2 секунды. Японец может за это время дойти до конца ряда, а у американца ничего не получится, потому что названия цифр длиннее. В этой же книге автор отметил и еще одну особенность — различия в названиях сложных чисел.

По мнению Гладуэлла, китайцы руководствовались более простой и понятной логикой, когда давали им названия, что позволяет им быстрее запоминать числа. К примеру, в слове восемнадцать мы сначала произносим производное название цифры «восемь» и только после этого обозначаем один десяток. В английском языке числительные образуются по такому же принципу. В словах восемьдесят два мы уже руководствуемся иной логикой. Сначала обозначаем восемь десятков и уже потом добавляем к ним единицы.

В японском, корейском, китайском языках система называния чисел иная. Числительное «восемнадцать» произносятся как «десять» и «восемь», а «восемьдесят два» — «восемь десятков» и «два». Такая система проще, поэтому азиатские школьники легче запоминают цифры и быстрее справляются со сложными арифметическими задачами.

EyeEm

Нарциссы, эго и депрессия

Интересное исследование взаимосвязи культурных установок и работы мозга провели специалисты Аризонского университета Райан Хэмптон и Майкл Варнум. Они установили, что за последние несколько десятилетий в США резко возросла роль индивидуализма, о чем свидетельствует растущее использование в американских книгах слов, отражающих индивидуалистические ценности, и единственного местоимения первого лица. В американском обществе увеличилось число разводов и число детей, которым родители дают уникальные имена.

Самое удивительное, что подобные изменения коснулись не только американцев. Даже в странах с коллективистской культурой (Китай, Япония) индивидуалистические ценности постепенно продвигаются к вершине списка приоритетов. На самом деле за последние полвека рост влияния индивидуализма произошел практически во всех обществах. Следующими аспектами, на которые обратили внимание исследователи, стали самооценка и нарциссизм —феномен, тесно с ней связанный.

Оказалось, что средние уровни самооценки американских детей снизились с 1965 по 1979 год и возросли с 1980 по 1993 год. Другие официальные исследования зафиксировали развитие нарциссизма с 1950-х по 1990-е годы среди студентов американских колледжей. На фоне этого возросла распространенность депрессивных и тревожных симптомов. Исследования свидетельствуют об увеличении числа симптомов, связанных с аффективными расстройствами, у американских школьников в период с 1982 по 2013 год. Число самоубийств тоже увеличилось почти во всех штатах в период с 1999 по 2016 год.

Американцы стали менее счастливыми. Они все больше зацикливаются на себе и все чаще страдают от депрессии, что нередко приводит к полной апатии. В последнее время исследования связывают использование новых средств массовой информации (например, социальных сетей, смартфонов) с растущим уровнем проблем с психическим здоровьем среди представителей молодого поколения. Все эти изменения стали следствием влияния меняющейся культуры на человека.

Мир, в котором мы живем сегодня, уже не имеет никакого отношения к тому миру, к которому нас так тщательно готовила биологическая эволюция. Наша когнитивная система в значительно большей степени зависит уже не от сложившихся в биологической эволюции механизмов, а от культуры. Эта идея впервые была выдвинута автором культурно-исторической теории Львом Выготским еще в 1930-х годах.

У каждого человека есть базовый набор режимов работы мозга. Они у всех одинаковы, за исключением людей с нарушениями в работе этого органа. Но если поместить человека в другую социальную группу, то система его приоритетов изменится.

Современная когнитивистика приходит к тому, что исследования человеческого познания, как уже полностью сформированного, даже в контексте культуры совершенно бессмысленны. Мы развиваемся, культура развивается и эти процессы не останавливаются ни на минуту. Ученым остается только изучать развивающегося человека в развивающейся культуре и фиксировать изменения. Если на основе этих данных они смогут отследить динамику, это создаст возможность для прогнозирования.

Возможно, что уже в недалеком будущем ученые научатся предсказывать изменения в работе мозга человека, которые вызовут те или иные перемены в процессе культурного развития. Исследования в этой области начались совсем недавно, но их потенциал уже впечатляет. Нам остается только надеяться на то, что у ученых все получится.


Источник:


СПАСИБО, ЧТО ДОЧИТАЛИ ЭТОТ МАТЕРИАЛ ДО КОНЦА

Чтобы написать его мы используем несколько источников. Как правило это авторитетные академические издания и СМИ. В среднем на написание такой статьи уходит от 12 до 24 часов и мы затрачиваем примерно ₽1000 (сюда входит поиск информации и написание статьи).

Ваша поддержка важна для нас. Так мы сможем полноценно работать и давать возможность зарабатывать талантливым авторам, редакторам, фотографам в это непростое время.

Сделайте пожертвование размере ₽200 // ежемесячно